«Я любил вас, люди! Будьте бдительны!»

Я не хотел писать, и Антифалит-3 возник у меня под давлением нынешней эпохи, продолжающей багроветь и коричневеть прямо на глазах… я хотел было написать, что ценность данного вида словесности сравнительно невелика. В них нет сюжета, а это значит нет читательского интереса, нет психологически развивающихся характеров как фашистов так и антифашистов, события даются с точки зрения маленького человека, всегда далёкого от политики… Но всё чаще публикуется информация, которая неожиданно поднимает ценность этого вида антифашистской литературы.

Много ли молодых девушек заинтересуется чтением дневников Болотова или записками об ужении рыбы графини Аксаковой? Ой! Казалось бы, вопрос – сугубо риторический. Но совсем недавно интернет заставил меня поменяться.

Главное достоинство воспоминаний и мемуаров – то, что в отличие от произведений высокой литературы и заоблачных глубин искусства, – доля вымысла в них незначительна. Люди, которым повезло выжить всем смертям назло в концентрационных лагерях, люди, которых свора псов и палачей попросту не успела уничтожить в тюрьмах и застенках доконца (в первом случае помешали советские войска, во втором—сам фюрер сталин сдох), – это люди не мудрствуя лукаво описывают то, что они видели собственными глазами и пережили на самом деле.
И ценность антифашистской документалистики оказывается всё более и более востребованной. Вот, к примеру, совсем недавно по всему интернету прошло сообщение: «Урсуле Х* (ХренДерЛяйн?) , также известной как прабабушка-неонацистка, дали новый срок за отрицание холокоста. Об этом пишет Der Spiegel. » То есть даже на относительно свободном и независимом Гнилом и Диком Западе вынуждены вводить уголовное преследование за бред типа: «”То чего не было! Не было концентрационных лагерей!! Не было фашистского ГУЛАГа!!! Советско-еврейские войска возвели Бухенвальд и Манданек для съёмок якобы документальных фильмов под Нюренбергский процесс ” и так далее» Если бы сей божий одуванчик нёс эту бредятину на завалинке в шкафу, но ведь прабабушка была Президентом Берлинского ультраправого тренировочного центра, прабабушка распространяла бесплатно красно-коричневые агитпропагандоны и т.п.—то есть вела очень активный, не по годам, образ жизни. Так что берлинский суд приговорил её к году тюрьмы. Горбатые мозги бабушки это не исправит, но самая нордическая в мире цивилизация получит передышку от одной, выражась на языке самой этой стервы-неонацистки, – «психически неполноценной индивидуйки». На фоне такой истерической моды на хорошо оплачиваемое отрицание общеизвестных и казалось бы и твёрдо установленных исторических фактов по поводу концентрационных лагерей в истории человечества, та масса свидетельств узников этих самых конвейеров смерти, воплощённая в записках, воспоминаниях и мемуарах, становится очень важной.

«Репортаж с петлёй на шее» Юлиуса Фучика я всегда ставил и буду ставить в первом ряду антифашистской документалистики. Последний репортаж журналиста с накинутой ему на шею петлёй смертника —это не только описание допросов, издевательств и пыток над инакомыслящим интеллигентом, но и пропитанные простыми человеческими эмоциями размышлизмы о сути человеческой жизни, о смысле человеческой истории, как судьбы каждого человека, так и отдельных обществ. И именно это последнее делает этот текст выдающимся из общего ряда аналогичных записок и воспоминаний. Будучи на грани жизни и смерти Юлиус Фучик с провидческой силой предсказал даже 1991 год в знаменитых строках: «Нет, нет силы, которая бы удержала этот строй, – кроме Вашей слепоты. И нет силы, которая удержит его, когда Вы – прозреете.». Будучи сам ярко-красным он пронзительно остро проник в тайну тоталитарных режимов, в суть родственного ему идеологического режима, который держался на социально-психологическом зомбировании, на коллективном гипнозе … – .-.=.-.—

Вторым по праву и по значительности считается текст, стоящий на грани автобиографического. Его автор провёл в концлагерях 8 лет. В своих текстах в духе сриализма Бруно Апиц рассказывает о маленьких, но всё равно – чудесах. Я имею в виду — «Голый среди волков», в советском переводе её дали против воли автора метафорически трусливое заглавие «В волчьей пасти». В отличие от сриализма Большого Брата, подведомственный штази немецкий сриализм вынужден был сохранять определённый гуманистический потенциал, и поэтому рассказ о том, как ценой своей жизни зэки Бухенвальда спасали еврейского мальчика от волчьей своры псов и палачей, стал одним из лучших произведений мировой антифашистской литературы. Именно в ней впервые показан ряд технологий так называемх «цветных революций» по сопротивлению красно-коричневым тоталитарным режимам.

Третье произведение из этой категории я рекомендую молодёжи в преддверии вполне возможной Третьей мировой термоядерной войны. Почти 4 года пребывания зэка номер 119104 (Виктор Франкл) в лагерях смерти, нечеловеческого существования с мизерной вероятностью остаться в живых, – послужили документальной правдой для уникальной книги— “Сказать жизни— «Да!»”. Правда эта оказалась неудобной и практически несъедобной для красно-коричневых тоталитарных режимов. – .-.=.-.— А вот на Диком и Гнилом Западе первое ее английское издание появилось в 1959 году и с тех пор пять раз она объявлялась «книгой года» в США. За первые 30 с лишним лет Франкл выдержал несколько десятков изданий общим тиражом свыше 9 миллионов экземпляров. В первых строках выдающийся учёный-психолог, он же зэк номер 119104, написал: «Моя Цель — раскрыть пережитое миллионами людей.» Если мы не будем бдительными, и дело дойдёт до Третьей мировой термоядерной войны, то в концентрационных лагерях, безразлично какой ориентации: голубой, красной или коричневой, – окажутся уже не миллионы, а—миллиарды людей…
Впрочем, мне кажется, что всё же (it seemed to me that) Всевышний даровал человеку свободный выбор…
– .-.=.-. –

 

Leave a Reply

Your email address will not be published.