И все вы врёте: критический реализм на бегу

Когда-то, лет этак сто восемьдесят назад, Лермонтов написал в предисловии к “Герою нашего времени”: “Эта книга испытала на себе еще недавно несчастную доверчивость некоторых читателей и даже журналов к буквальному значению слов. Иные ужасно обиделись, и не шутя, что им ставят в пример такого безнравственного человека, как Герой Нашего Времени; другие же очень тонко замечали, что сочинитель нарисовал свой портрет и портреты своих знакомых…” И я  частенько замечаю, что с тех пор в сознании читателей мало что поменялось.

По крайней мере, когда попадаются на глаза отзывы и рецензии на различные книги, то, порой, просто поражаешься, насколько невнимательно рецензент прочел текст. Причем страдают этим как отзывы к классическим произведениям, так и отклики на современных авторов. Примеры? Их множество есть у меня.

“И все вы врети: не мог блестящий аристократ и генерал жениться на простушке Татьяне Лариной, у него там породистых невест было много-выбирай-не хочу” Эээ, именно потому, что генерал и блестящий аристократ  был свободнее остальных в силу своего богатства и положения при дворе, он мог слегка наплевать на приданое и не самую блестящую родословную невесты. А еще он, в отличие от Онегина, был мужиком мудрым и сразу разглядел в Татьяне идеал женщины. Так почему нет? Шереметьев вон, вообще на крепостной актрисе женился, и ничего. Реальность не перекосило от этого.

“И все вы врети: Печорин был не лишним человеком, а просто психопатом и абьюзером, вот! Он погубил Бэлу, играл с княжной Мэри, растоптал чувства Веры…”  Вот психопат как раз не страдает от того, что страдают другие. В лучшем случае ему все равно, в худшем-доставляет удовольствие наблюдать за мучениями жертв. А Печорин и сам страдал от своей раздвоенности. И если уж  раздавать диагнозы литературным героям, то у него скорее алекситимия. Состояние, когда человек сам не до конца понимает свои эмоции.

“И все вы врети: “Гранатовый браслет”- повесть не о огромной любви, а о маниакальном помешательстве. Это со стороны прекрасно читать, а вот был у меня такой поклонник, и он…” Стоп, барышня! Такого поклонника у вас не было, так что не нужно переносить свой опыт на историю Куприна. Что бы ваш конкретный поклонник там не учудил, Желтков Вере жить ну никак не мешал, молча издали любовался.

“И все вы врети: Короленко писал “Детей подземелья” ради советской пропаганды!”. Ну а теперь, мил человек, возьми учебник истории,  загугли  биографию Короленко, и скажи, как одно связано с другим.

Но это еще как-то объяснимо  отголосками 90-х, когда модно было ниспровергать устои и утверждать, что черное-это белое, а белое, соответственно, наоборот. Однако ту же ситуацию наблюдаю и для современных писателей.

Вот, например, один из  очень многообещающих авторов СИ-Крис Велинсон   и ее роман “Мой друг, который знает, что умрет” (https://author.today/work/103110). И каких только замечаний ей читатели не накидали!  Прочитав, что книга является социальной фантастикой, люди почему-то решили, что им там будет выдано на гора инновационное общество будущего с подробным описанием всех технологий. А ведь социальная фантастика и фантастика научная- это вообще-то разные жанры. И если в научной фантастике как раз и даются подробные описания всяких диковинок, то фантастика социальная-это по сути памфлет на современное общество, просто действие перенесено на несколько столетий вперед. И да, автор социальной фантастики не обязан объяснять читателю устройство пепелаца, в книге вообще смысл в  другом.

Но основная масса комментирующих возмущается: а где же у вас, Крис, технологии будущего? Ну ведь фантастика же? А почему действие развивается так медленно? А почему любовная линия такая невнятная? Ну, наверное, потому, что книга писалась не для “экшона” и не как любовный роман. Она, внезапно,  писалась как социальная фантастика, и смысл там соответствующий.

Да что там далеко ходить, мне периодически тоже прилетают подобные “почему”.  Вдвойне странно, что на те тексты, в которых вроде бы не предполагается ни критического реализма, ни прочих приятностей типа криминальной драмы или истории любви. Есть у меня небольшая новогодняя история о том, как самоуверенный молодой москвич оказывается отставшим от поезда на глухой железнодорожной станции без денег и документов и его выручает молоденькая кассирша из числа тех, которых он привык презирать. По сути этакая притча о том, что за излишний снобизм жизнь может жестко наказать. И я ожидала на нее всякой критики в духе “плохой язык”, “затянуто”,”скучно”, “плоские герои” и т.д. Но прилетело мне с неожиданной стороны.

“У вас слишком нереалистичная ситуация” – а с каких пор реалистичность ситуации стала основным мерилом художественной ценности?

“У вас после  такой многообещающей завязки сюжет просто исчезает. А где любовь, а где крутые сюжетные повороты??” – а где было написано, что в рассказе будет любовь и крутой сюжет? Нигде. Почему сюжет вообще должен быть главной ценностью произведения?

“У вас с диалогами беда. Никто в реальной жизни так не изъясняется!” – ну вот я, например, в легкую могу изъясняться именно так, если предмет беседы будет соответствующий.  А еще человеки не изъясняются стихами, но песни слушают и поэзию читают и что?

“У вас нет драматического конфликта”- а зачем в притче драматический конфликт?

“Ну и что герои вынесли для себя из этой ситуации? Они, по сути, ничего и не поняли” – так вроде в последнем абзаце все ясно написано. И нет, не мелким шрифтом…

В общем, книги всякие нужны, книги всякие важны.  И если читатель считает, что книга равно любовь и приключения, то ему в соответствующий раздел интернет-библиотек. Если читатель хочет реализма, то и здесь ему не составит труда найти себе что-то по душе. Если он хочет читать исключительно на бегу-это тоже его право. Но вот чего я никак не могу понять, так это  оценки текста исключительно по сюжету, реализму и легкости усвоения написанного. Когда человек хватанул по верхам, увидел нечто непонятное и тут же начал предъявлять, не разобравшись:” А все вы врети, а так не бывает”. Какой-то косой меркой мерит, вот и сидит у него в голове железобетонный эталон художественной ценности- реализм. А все, что не соответствует эталону – бездумно критикуется. Такой вот критический реализм на бегу получается.

 

 

Leave a Reply

Your email address will not be published.